В детском саду маленький Костя умолял своих приятелей-карапузов, которые более-менее умели рисовать, подарить ему хоть одну картинку.
-Потом эти рисунки я с гордостью показывал маме: видишь, сын твой не промах, -вспоминает Константин, -мама только улыбалась, она ведь догадывалась, как все было на самом деле, но не хотела меня огорчить.
На уроках рисования Костя старался изо всех сил, но ничего путного не выходило. Его работы никогда не размещали на детских выставках, мучила обида, хотелось плакать… Но мальчик жаждал научиться рисовать, это было сильнее его, и вскоре Костя стал посещать изостудию. — Занятия в студии помогли мне развить неплохую технику, — рассказывает Константин. — Однако занимался я недолго. Мне часто говорили, что мои рисунки ужасны: на них изображены чудовища. Я же так не считал.
Действительно, в рисунках Кости есть много трагического и страшного. — Это потому, что мир, в котором мы живем, сам по себе кошмарен. Жить становится страшно, — объясняет Константин. — Я же только отражаю этот мир на полотне.
Костя много рисует: каждую свободную минуту посвящает любимому делу. Конечно, это сильно мешает учебе. К тому же, как признался сам подросток, учиться в школе ему скучно, на занятия он ходит, потому что надо. — Мне хочется добиться совершенства в живописи и графике, меня интересует только это, остальное — мешает, раздражает, — откровенно признается юный художник. Кстати, сам себя он художником не считает, говорит, что еще не достоин им называться. По мнению Кости, художник — это человек, который может сделать что угодно на холсте, до такого совершенства ему еще далеко. Поэтому когда его сравнивают с Сальвадором Дали, он воспринимает комплимент в штыки, хотя сам преклоняется перед этим великим мастером.
У Кости нет друзей — сверстников.
-Они меня не понимают. Единственный мой друг — мама, — признается юноша. Есть, правда, еще один человек, общение с которым приносит Константину удовольствие — это Владимир Бабинцев. Он тоже художник, профессионал своего дела, к его словам мальчик прислушивается, доверяет ему. — В основном я рисую для себя, не люблю работать на публику, не всегда прислушиваюсь к чужому мнению. Мне часто безразлично, что думают о моих работах другие, — рассказывает юноша. — Людей, которым я доверяю, — единицы.
Есть у Кости заветная мечта — уехать за границу, туда, где он сможет спокойно писать, где он будет востребован. В Омске, да и в России в целом, мальчик чувствует себя чужим, не в своей тарелке. За рубежом, по его мнению, больше возможностей творчески реализовать себя. В целом же свое будущее Костя представляет довольно смутно: — Не люблю загадывать. Предпочитаю жить сегодняшним днем — как живется. Сегодня же для меня важнее всего живопись.