Здесь 14 октября состоялась торжественная церемония установки закладного камня в основание воссоздаваемого Успенского собора.
Этого дня с нетерпением ждали все нынешнее лето, очень надеялись последние десять-пятнадцать лет, что когда-нибудь это случится, и более полувека вспоминали, как красив был собор, как величествен, разглядывая уцелевшие фотографии его. Но и помыслить не могли, что после разрушения (собор взорвали в 1935 году) этот православный храм вернется на свое место.
В праздник Покрова после Божественной литургии в Никольском казачьем соборе, которая состоялась архиерейским чином, священнослужители и прихожане во главе с митрополитом Омским и Тарским Феодосием прошли крестным ходом к раскопкам собора, к Поклонному кресту, что был установлен здесь, в сквере, еще в 1999 году, а теперь, можно сказать, к месту возведения Успенского собора. Навстречу крестному ходу вышли во главе с губернатором Леонидом Полежаевым представители светской власти: члены попечительского совета, депутаты Законодательного собрания, министры областного правительства.
Под колокольный звон губернатор и митрополит вместе спустились по ступенькам лестницы к месту закладного камня. Под звуки церковных песнопений с молитвой на устах и осеняя себя крестом, митрополит установил ковчежец с мощами священномученика Сильвестра Омского в закладной камень, а затем губернатор, чтя память и традицию, положил в камень четыре монеты. Православный хор исполнил «Многолетие», и на закладной камень установили медную плиту. Церемония была и торжественной, и волнующей. Для всех. Ведь власть светская в лице губернатора Леонида Полежаева взяла на себя высокое обязательство в сфере материальной — вернуть на круги своя Успенский собор, а власть духовная в лице омского священства приложит немало усилий, чтобы омичи также поддержали это решение, внося свою лепту в строительство.
В этот день в сквере собрались сотни горожан, а в почетное оцепление вокруг места раскопок встали десантники, кадеты, молодые казаки. Пришли сюда люди всех возрастов, многие мамы и бабушки привели детей. Может, для кого-то из них это событие станет самым первым ярким впечатлением в жизни.
Однажды на раскопках я разговорилась с пожилым человеком и спросила, возможно, ему помнится Успенский собор? И он ответил с какой-то долей виноватости в голосе: «Очень смутно. Как в мареве». А ведь ему было лет десять. Но… не запомнил, потому что уже в сознание заронили мысль: собор закрыт, значит, не нужен. Когда же с землей сровняли и заасфальтировали, при таких действиях у любого взрослого память отшибет. Признаться, несколько озадачило, почему же сегодня он чувствует себя виноватым? Хотя ведь как посмотреть, человек прожил жизнь, ему виднее…
Вспомнился этот эпизод, потому что на церемонии впереди меня стоял мальчонка лет пяти, а за плечом высокий женский голос во время богослужения выводил: «Господи, помилуй, Господи, помилуй…»
«Мам, а где Бог?» — вдруг спрашивает малыш. И голос за моим плечом тут же тихо откликнулся: «Он здесь, сынок. Тише». И верно. Где храм — там и Бог. И уже сегодня видится радостный образ собора, который будет нам всем в утешение.